mysliwiec (mysliwiec) wrote,
mysliwiec
mysliwiec

Category:

Следы всенародной памяти, не оставляющие ни следа, ни памяти.

На этом фото запечатлены пятеро — Николай Антипов, Иосиф Сталин, Сергей Киров, Николай Шверник и Николай Комаров.
Считается, что соратники позировали перед фотокамерой после разгрома на очередном съезде так называемой «ленинградской оппозиции».
Однако в полной версии этот снимок просуществовал недолго.
Первым с фото исчез нарком коммунального хозяйства Николай Комаров, осужденный и расстрелянный в 1937 году за участие в троцкистско-зиновьевской антисоветской организации.
Чуть позже от снимка отрежут стоящего по правую руку от Сталина наркома почт и телеграфов Николая Антипова — его репрессируют и приговорят к смерти в 1938-ом. Усеченную фотографию троицы Сталин-Киров-Шверник будут печатать во всех газетах вплоть до 1934 года, пока не убьют Кирова.
После трагической гибели «лучшего друга» Сталина от снимка отрежут Николая Шверника (он, к счастью, благополучно переживет и годы репрессий, и культ личности Сталина, да и самого вождя) — отныне будущий генсек предпочитает публиковаться в печати вдвоем с покойным соратником, героически погибшим от пули врагов советской власти.
А вскоре отпадет необходимость и в почившем Кирове. Вереница метаморфоз заканчивается, как мы уже знаем, парадным портретом вождя кисти Исаака Бродского, на котором Сталину вполне комфортно в гордом одиночестве.

Науку «переписывания» фотографий в эпоху, когда еще не было ни компьютеров, ни фотошопа, советские фотографы освоили быстро.
Брали несколько отпечатков одного и того же кадра, вырезали благонадежного человека по контуру, вклеивали его на новый отпечаток поверх репрессированного. Или дорисовывали, где надо, мебель, дерево, стену.
Затем фотографировали коллаж, растушевывали границы, подкрашивали проплешины, ретушировали.
И от человека ничего не осталось
— ни следа, ни памяти…




На такие «фокусы» с фотографиями советских вождей одним из первых обратил внимание английский фотограф Дэвид Кинг в книге «Пропавшие комиссары«.
Приведем небольшую выдержку из этого произведения:
«На Втором конгрессе Коминтерна 19 июля 1920 года народу было много. Сделали фотографии, напечатали альбомы, довольные депутаты увезли альбомы по домам. Так на Западе сохранились нетронутые свидетельства этого дня. В России же с фотографий убрали всех, кроме самых главных.
На одном отпечатке стерли 27 человек, чтобы ничто не мешало Ленину остаться наедине с Горьким.
А вот в 1920 году Ленин с Крупской поехали открывать электростанцию в Кашине и сфотографировались с группой кулаков (на заднем плане) и детей (на переднем).
Через 19 лет со снимка были стерты ВСЕ взрослые и часть детей. Понятно, почему».

Следует заметить, что главным цензором своих портретов «отец народов» был сам. Как и другой диктатор того времени.



Картину — «Ленин на трибуне» (1925) — Бродскому пришлось писать дважды. Изначально рядом с Ильичом неосмотрительно был изображен Лев Троцкий — как на снимке 1920 года.
Позже «врага народа», разумеется, пришлось заменить безобидными репортерами.
Эксперты уверены, что вымарывание опальных советских чиновников со своих полотен для Исаака Израилевича вовсе не было сопряжено с какими-то душевными муками.


Фото «Ленин провожает солдат на польский фронт» (1920) и картина И.Бродского «Ленин на трибуне» (1925)

Он работал и жил легко: надо писать Ленина – вот вам Ленин, нужен Троцкий – получите-распишитесь, не нужен Троцкий — закрасим. В этой связи, на наш взгляд, вполне уместно процитировать стихи современного поэта Геннадия Толина:

Встретились Троцкий и Бродский
В мрачном загробном краю.
Их разговор сумасбродский
В точности передаю.

Троцкий:»Обидно и странно,
Что на земле, Исаак,
Cлавил ты кистью тирана,
А не меня… Как же так?»

Бродский:»Любезнейший Лёва,
Если б тебя рисовал,
Был бы мне cрок намалёван
В лагерь, на лесоповал».


Постепенно выяснилось, что полное отсутствие у Бродского политических принципов и идейности вовсе не отталкивает советскую власть, а наоборот, притягивает. Государство заказывает — художник выполняет заказ.
Что взамен? Солидный паек, прекрасная двухъярусная квартира в центре Ленинграда в бывших апартаментах Вильегорских, где в пушкинское время был знаменитый литературно-музыкальный салон, огромная мастерская, личная дружба с сильными мира сего (например, с Кировым и Горьким), должность руководителя Академии художеств, сотни учеников, выставки и заказы, заказы, заказы…
Позиция Бродского чрезвычайно проста: «Делай, что велит начальство, и наслаждайся теми благами, которые оно предлагает взамен».
Он стал первым в СССР художником, которому был вручен орден Ленина.


Отсюда:


Этот пост размещен также на http://mysliwiec.dreamwidth.org/
Tags: кажущееся и действительное, судьба и образ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments