mysliwiec (mysliwiec) wrote,
mysliwiec
mysliwiec

Categories:

Гибель архива украинистики в 1964 году

Originally posted by chispa1707 at Гибель архива украинистики в 1964 году
http://argumentua.com/stati/kak-sozhgli-istoriyu-ukrainy
(даю фрагменты)
Лучшее, что написано о событиях 24 мая 1964 года, когда в дни Шевченковых празднеств было уничтожено уникальное книгохранилище украинистики, принадлежит Евгению Сверстюку - писателю, диссиденту, патриоту Украины и человеку с незапятнанной репутацией.

Публикуем перевод его статьи “По поводу процесса над Погружальским” (в оригинале: “З приводу процесу над Погружальським”), датированной 1965 годом.

“24-го мая 1964 в Киеве, "столице" Украины, произошло событие, подобных которому мало знает история мировой культуры: была подожжена и сгорела крупнейшая украинская библиотека - Киевская публичная библиотека Академии наук УССР.

Как может сгореть в середине XX в. крупнейшая научная библиотека, да еще в центре столичного города? Ведь сейчас противопожарная техника настолько совершенна, что значительные пожары в городах почти исключены, а если и бывают, то их быстро ликвидируют.

Ведь в современных библиотеках мира дело поставлено так, что ни один документ не сгорит, не то что все фонды. И мировая культура за последние века не знала случая, чтобы в Лондоне или Париже, Стокгольме или Москве (после 1812 г.) сгорела национальная библиотека. А вот крупнейшая украинская библиотека была сожжена в 1964 году - в эпоху космоса, атома, кибернетики.

Более того, многочисленная толпа людей, собранная голосом молчаливой тревоги к месту ужасающего преступления, была свидетелем того, как вяло двигались противопожарные работы. В течение двух часов их вообще невозможно было начать, потому что во всем этом районе не было воды: не работал водопровод. Пожар был ликвидирован только на третий день, когда выгорел дотла весь украинский отдел.

Сгорела именно украиника, в том числе старинные, редкие книги, рукописи, архивы (например, архив Б. Гринченко, архив "Киевской старины", архив Центральной Рады и другие). Часть из этих архивов не было даже описана и разобрана, так что никто не знает, что там было и сгорело.

Они навсегда утрачены для истории. Сгорели также специальные фонды украиники, которые до 1932 года собирались по указанию М. Скрипника, а затем, после устранения М. Скрипника, были "засекречены", как и вся украинская история. Сгорела картотека, так что невозможно даже восстановить реестр книг, которые были уничтожены. На суде называлась цифра в 600 тысяч томов. Можно представить, сколько их сгорело на самом деле!

Итак, сгорела часть украинской истории, часть украинской культуры. Навсегда утрачены огромные духовые сокровища. Тысячам и миллионам людей, поколениям молодежи отрезаны пути ко многим духовным источникам, к книгам и документам, одни из которых погибли навсегда, а другие, может, еще где-то существуют в дубликатах, но недоступны читателю. Теперь даже в Киеве уже негде по-настоящему работать ученому, аспиранту, студенту, особенно если их интересует прошлое Украины.

Как могла произойти эта невероятная трагедия? Почему? При каких условиях? Чьими руками и каким образом это делалось? С какой целью?

Ответ на эти вопросы должен был дать процесс над человеком, пойманным на месте преступления, - работником библиотеки Погружальским. Процесс проходил в конце августа этого года (1965г. - “А”) в Киеве, в небольшом зале народного суда по Володарской улице.

Однако с самого начала процесс принял очень странный характер. Тщательно обходилось все, что хоть как-то могло напомнить о политическом характере преступления, о его направленности против украинской культуры. Зато все: прокурор, судья, защитники, сам подсудимый и заранее подготовленные свидетели - наперебой старались показать, что у подсудимого просто дурной характер, и ничего удивительного в том, что он взял и поджег библиотеку, чтобы отомстить ее директору за оскорбление.

Долго и нудно обсуждались такие "важные" вопросы: сколько у подсудимого было женщин, как он с ними сходился и расходился, какие цветы дарил и как делился имуществом при разводе. Адвокат погружался в психологию многоженства и показывал, какие разные обиды со стороны сотрудников привели эту тонко организованную натуру к идее сжечь украинские книги. Сам подсудимый с умилением рассказывал о том, что когда брал и поджигал книги, то видел перед собой не книги, а физиономию ненавистного директора. В заключительном слове он даже прочел патриотическое стихотворение, которое начиналось словами:

"Прости мне, семья, прости, страна родная"...

Погружальский - казенный патриот. Он писал стихи, где хвалил Хрущева, а потом сжег библиотеку... На процессе он чувствовал себя героем, и по всему было видно: знает, что много ему не дадут. И действительно, приговорили его к десяти годам лишения свободы... "Гуманные" советские законы на этот раз проявили сочувствие к сантиментальным приключениям "морально ущерблена человека". Человека, добавим, который закончил два вуза и университет марксизма-ленинизма (!) и очень хорошо знал, что и для чего он делает.

Конечно, от того, что Погружальского присудили к расстрелу, библиотека не вернулась бы. Но возникает несколько логических вопросов.

Почему ни слова не упоминалось о магниевых лентах и фосфорных шашках? Ведь пожар было тушить тяжело. Это объясняется тем, что поджигатели забросали книги магниевыми лентами и фосфорными шашками. На суде об этом - ни слова. А Погружальский с готовностью объясняет, что он все сделал с помощью коробки спичек.

Как мог в библиотеке, где КГБ интересуется даже читателями, в течение десяти лет работать такой сомнительный тип, как Погружальский?

Почему встал вопрос о том, что в крупнейшей библиотеке республики вовсе не существовало никакой противопожарной защиты? В то время как современные библиотеки, например, библиотека им. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде, оборудованы так, что с помощью автоматической системы всякий очаг будет ликвидирован сразу (индикаторы, отсеки и т. п.)?

Почему ценные архивные документы хранились не в сейфах, а навалом? Почему известную уже всему миру трагедию украинского народа суд поднял до уровня очередного приключения многоженца Погружальского?

Почему так пристально следил судья, чтобы в зале суда никто не вел никаких записей ("что вы там пишете?" "Где вы работаете?" и т. п.).

И, наконец, главное: если поджигателю было безразлично, что сжигать, то почему он сжигал именно украинский отдел, а не, скажем, отдел марксизма-ленинизма, где он работал? Почему из семи этажей библиотеки сгорел только один - тот, куда загнали украинскую книгу. Почему суд замазывал этот факт фразами о "повреждении русской и (!) украинской литературы?"

Эти и другие подобные вопросы (а их может быть много!) на суде не поставили. Но как их могли задать, когда процессом занималась непосредственно КГБ, который даже свидетелей предварительно "обрабатывал", а с работников библиотеки брали подписку, что они не будут "болтать лишнее"?

И все-таки кое-что в процессе выяснилось. Например, в течение многих лет из украинских библиотек массово вывозятся и уничтожаются книги. Это говорил в свою защиту Погружальский: мол, не такой уж я и вор, и при мне книги уничтожали в организованном порядке.

Это была, так сказать, юридическая контратака Погружальского. На это суд нашел такой ответ: книги уничтожались на законном основании, поскольку существует какое-то распоряжение о ликвидации "идейно и научно устарелых книг". За что осудили бедного Погружальского? Ведь он всего лишь шире применил вышеприведенную формулу! И не это ли имел в виду обиженный поджигатель, когда в прощальном стихотворном монологе говорил:

Враги культуры на свободе,
В тюрьму попался только я.


Tags: факт
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments